пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ История Вологды

  • Вологодский кремль Ивана Грозного (вторая половина XVI века) 2 часть

    Видимо, именно благодаря неожиданным и наглядным переменам в судьбе и облике города, в народных преданиях Иван Грозный предстает всемогущим героем, приказу которого подчиняются массы людей, взявшихся за строительство невиданно грандиозных сооружений. Кажется, сама природа подчиняется прихоти царя: проклятый им берег заболачивается, а река покрывается плесенью. С деяниями Ивана Грозного народ связывал и происхождение нескольких топонимов в Вологде и ее ближайших окрестностях. Например, село Говорово (ныне уже вошедшее в городскую черту) якобы получило свое название оттого, что в пути царь долго был молчалив и заговорил лишь проезжая эти места. Названия возвышенностей «Каменье» и «Известная гора» в Вологде народ также связывал с грозненским временем: на этих местах будто бы складировались заготовленные для возводимого кремля белый камень и известь. Нельзя, однако, забывать, что часть этих названий была известна и во времена, предшествовавшие грозненской эпохе.


    Размах стройки действительно был огромен, велики были и возложенные на народ тяготы. «Летописец» Слободского сообщает, что «тогда были вологжанам великия налоги от строения града и судов». Любопытно заметить, что если приписываемое народом воле других правителей (белозерского князя Глеба Васильковича
    Петра I) спрямление течения рек или основание монастырей оисходило как бы само собой, то в преданиях о реальном воло-одском строительстве Грозного всегда подчеркивается элемент насилия и своеволие царя. В роли строителей выступают то подневольно согнанные горожане, то пленные татары или поляки, чуть ли не все при этом гибнущие или казненные.
    Права пословица: «Дыма без огня не бывает»... Грозен был царь. Казнил многих, опасаясь за свою жизнь и просто гневаясь, а атем, мучимый угрызениями совести, рассылал в крупнейшие монастыри Руси списки казненных за годы его правления и просил молить Бога об упокоении их душ.
    В Вологодском музее-заповеднике хранится синодик Спасо-илуцкого монастыря - книга для записи имен всех тех, за упокоение души которых молились во время службы. В него переписан и шый Иваном 1Ув Прилуки список, занявший двадцать стра-[а которых разместился длинный перечень 3300 погубленных царем Иваном по всей Руси людей самого разного рода - князей, священников, дьяков, сокольничих, псарей, мастеровых, крестьян...

    Упомянуты и «1505 человек» новгородцев, погубленных при военном походе опричников на свободолюбивый Великий Новгород. Есть в грозненском списке и убитые на поле боя, и казненные — и «принявшие смерть через отсечение рук», и сожженные; погубленные по)чке и семьями; названные по имени и безымянные — «а имена их, Господи, ты сам ведаешь»... Среди десяти человек, казненных в гагде (какполагают, весной 1569 года), есть, например, «помяс» (мясник?) и три плотника, названные Грозным поименно: «Неупокоя, Данило, Михаила». Возможно, гнев царя в Вологде был вызван недостаточно быстрым ходом строительных работ. О недовольстве царя свидетельствуют и северные летописцы, излагающие в нескольких версиях предание о почти святотатственной попытке Ивана Грозного заставить работать всех вологжан в самый большой христианский праздник - Пасху. Для непосредственного руководства работами царь направляет в опричную Вологду боярина И. А. Бутурлина, права которого напоминают прерогативы наместника. Он распоряжается «по слову царя» и «по государевой грамоте» ходом важнейших местных дел — сбором оброка, строительством и расширением территории города, конфискуя (с формулировкой «взял государь на себя») в марте 1569 года принадлежащую Спасо-Каменному монастырю «деревенку Колы-чово у города Вологды под городовою поскотиною». На землях ближней и дальней округи города размещаются служилые люди: царь готовится к долгому пребыванию в Вологде. Сохранилась грамота от 7 сентября 1569 года, согласно которой Бутурлин от царского имени передает Корнильево-Комельскому монастырю двенадцать участков земли в качестве компенсации за вырубленный явочным порядком монастырский лес: «И государь их пожаловал теми пустошами и сенными оброки впрок, против того, что, де у них сее зимы Василий Не-пейцын монастырского лесу высек на две версты на государьской обиходной дворовой лес».


    Но в 1571 году, в разгар воплощения грандиозных планов, Иван меняет свои замыслы относительно Вологды, как оказалось, навсегда. Нам остается лишь гадать, что послужило причиной отказа царя от продолжения строительства —

    походы ли крымских татар Довлат-Гирея, сжегших всю Москву 24 мая 1571 года; распространившееся ли на Севере «моровое поветрие» или непомерность расходов, разорительных для ослабшей за годы опричнины государевой казны... Вряд ли был виновником остановки строительства легендарный кирпич, якобы упавший сам собою на царскую голову. Впрочем, если этот злополучный случай, лежащий в основе нескольких вариантов преданий о Грозном, и не произошел на самом деле, его стоило бы придумать для объяснения неожиданной перемены отношения царя к Вологде.


    Строительство Вологодского кремля и собора замедлилось и тянулось затем долгие годы. В результате крепость с двадцатью тремя башнями имела только одну каменную стену из четырех, причем возведенную не более чем на половину высоты, а достроенные позже части стен и башни были сооружены из дерева.


    Непростой оказалась и судьба заложенного Иваном Грозным каменного собора, очевидно, первого каменного храма в Вологде. Величественный Софийский собор и сегодня сохранил значение древнейшего символа города. В прошлом вологжане наверняка разделяли мнение новгородцев, сложивших пословицу о значении своего собора: «Где София, там и Великий Новгород».
    Считается, что при создании вологодского собора в качестве образца был взят главный храм страны — Успенский собор Московского Кремля, построенный почти столетием ранее

    (в 1478 году) итальянцем Аристотелем Фиораванти. Неизвестные зодчие вологодского храма действительно добились эффекта «узнаваемости»: основной объем обоих соборов массивный, стремящийся к кубическому, их фасады одинаково завершены полукруглыми закомарами, одинаково расположены окна, оба храма увенчаны пятигла-вием. Этот тип композиции храма восходит к древней византийской традиции, закрепившейся в русском православии в качестве канонической. Но при внимательном взгляде на вологодский собор специалисты отмечают множество важных деталей, отличающих его от московского образца и указывающих на сходство с целым рядом современных ему северорусских построек XVI века. Облик вологодского собора отличается экономным использованием декоративных деталей. Некоторые краеведы даже высказывали мысль, что такая аскетичность не была последовательным выражением художественного замысла, а, напротив, образовалась вследствие незавершенности реализации первоначального проекта.


    Дело в том, что строительство заложенного Грозным собора было закончено лишь через 20 лет. Что же тут удивительного - в средневековой Европе, например, несколько крупных соборов строили гораздо дольше, по два-три века. Но вологодский собор почти полностью возвели в течение двух сезонов — а затем работы были надолго прекращены... Как мы уже упоминали, народ по-своему объяснял изменение отношения Ивана 1Ук Вологде. Собору сполна довелось перенести тяготы непростой судьбы всего «опального» вологодского сооружения. Почти два десятилетия недостроенный собор возвышался посреди также незавершенного кремля. В эти годы в Вологду перенесена кафедра Вологодско-Пермской епархии (образованной в 1492 году), находившаяся сначала в далеком пермском городке Усть-Выми. Архиереи подолгу бывали в Вологде, а с 1560-х годов постоянно проживали в ней, служили в деревянном Воскресенском соборе на Ленивой площадке. Новый каменный собор был, наконец, достроен и освящен, но не как Успенский (что предполагалось ранее), а как Софийский.


    Выбор посвящения храма был не случаен. В средневековом русском обществе, глубоко традиционном, православном, было принято выводить истоки каждой новой идеи, каждого общественно значимого новшества из «старины». В священной старине - в древних русских обычаях или библейских сказаниях, религиозных образах — находили обоснование новому. Посвящение храмов Успению Бого)и прославляло Марию, которая «и во успении мира не оставила». Наивысшее (после Пасхи) почитание праздника Успения на Руси выражало распространенное представление об особом покровительстве Богоматери Русской земле и тем подчеркивало могущество русского государства. Успенские соборы в разное время строились в важнейших центрах Руси: в Киево-Печерском монастыре (1073 год), во цимире-Волынском (1150-е годы), Галиче (1150-е годы), Владимире (1160-е годы), Рязани, Московском Кремле, Кирилло-Бело-эском монастыре, Ростове, Устюге, Троице-Сергиевом монасты-Гихвинском монастыре, Смоленске, Астрахани, Смольном монастыре в Санкт-Петербурге и пр. Наконец, и древнейший из изве-гных по письменным источникам вологодский храм (деревянный) был в 1303 году освящен новгородским архиепископом Феоктистом в честь Успения Богоматери


    Посвящение нового вологодского собора Софии, видимо, 1черкивало и формирование нового центра епархии. Примером и выборе посвящения могли послужить древнейшие большие соборы Киева (1037), Великого Новгорода (1045—1050), Полоцка (1050-е). Не исключено, что за сменой посвящения собора скрывалась и идея демонстрации независимости Вологды от Великого города. От новгородского владычества Вологда освободилась уже начале XV века, но до 1492 года продолжала находиться в составе Новгородской епархии.


    Иконописцами новгородской школы София изображалась в виде «огнезрачного» ангела, а южнорусскими мастерами (в соответствии с западноевропейской традицией) - в виде Богоматери с младенцем Иисусом посреди семистолпного дома-церкви. Любопытно, что праздник иконы Софии Премудрости Божией отмечается в день Успения Божией Матери — 15 августа.
    Лишь

    1 октября 1587 года в огромном пустующем храме, за-
    -шом 22 года назад, преосвященный Антоний, епископ Вологодский и Великопермский, освятил первый (из трех) небольшой южный придельный престол во имя Усекновения главы Иоанна Предтечи. Именно в этот календарный праздник, на память Иоан-Предтечи, отмечал свои именины самый знаменитый тогда в [ Иван (Иоанн) - царь Иван Васильевич Грозный, умерший тремя годами раньше, в 1584 году. Собор, таким образом, стал памятником своему строителю, хотя и своеобразным по форме, но, пожалуй, единственно возможным в то время. Епископ Антоний умер менее чем через месяц после освящения первого престола >бора и в нем же был похоронен. Не были забыты и епископы, по-)ебенные в старом деревянном Воскресенском соборе - их прах был перенесен в гробницы, устроенные в новом соборе. Над могилой епископа Киприана, например, находилась надпись, что он шренесен из старыя соборныя церкви деревянныя, что возле Ленивого торгу и епископля старого двора, и погребен на сем месте».


    Главный престол собора был посвящен Софии Премудрости Божией лишь после поновления храма, пострадавшего в дни «литовского разорения» 1612 года. Но это уже другая история.

    © Вологда в минувшем тысячелетии: Очерки истории города.  А. В. Камкин, Л. Д. Коротаев А. Н. Лукичев, 2004 ст. 240

Реклама


Купить дом в валенсии по материалам сайта.
© 2004 — 2017 «Вологда.ру»
Вход на Вологда.ру
Логин:
Пароль:
Напоминание пароля